Создание тяжелого танка ИС-2 началось в самый разгар Великой Отечественной войны. На ее первом этапе в результате ошибок и просчетов Красная Армия была вынуждена отступить вглубь территории страны, оставив важные районы и потеряв огромное количество вооружения и военной техники. В частности, с июня по декабрь 1941 года РККА безвозвратно потеряла 20,5 тысячи танков, а получила от промышленности лишь 5,6 тысячи танков. (Причем большинство машин было потеряно не в боях, а оставлено при отступлении из-за отсутствия топлива, боеприпасов и технических неисправностей). Для промышленности первоочередной задачей в этот период стало скорейшее перебазирование заводов из европейской части страны в ее восточные районы. В целом к концу 1941 года предприятия танковой промышленности были эвакуированы и постепенно стали налаживать производство танков на новых местах, испытывая все тяготы военного времени. 

На новых местах они сливались с действовавшими там до войны предприятиями. Так, Ленинградский Кировский завод, Харьковский завод дизельных двигателей и ряд подразделений других заводов разместили на производственных площадях Челябинского тракторного завода имени И.В.Сталина (ЧТЗ). Постановлением ГКО № 734 от 4 октября 1941 года он был переименован в «Кировский завод Наркомтанкопрома в городе Челябинске», ставший в 1943 году головным серийным заводом по выпуску тяжелых танков ИС. Этим же постановлением был образован Комбинат по производству танков КВ в составе ЧКЗ, «Урал-машзавода» (УЗТМ) и «Уралтурбозавода».

Непосредственное руководство производством танков в годы войны осуществлял Наркомат танковой промышленности (НКТП), образованный Указом Президиума Верховного Совета СССР от 11 сентября 1941 года. Ему было подчинено большинство тракторных заводов, а также отдельные заводы тяжелого машиностроения, судостроительной промышленности и железнодорожного транспорта. Возглавлял его практически всю войну с небольшим перерывом заместитель председателя Совета Народных Комиссаров (СНК) СССР В.А.Малышев.

В руководство НКТП входили наркомы станкостроения и судостроительной промышленности А.И.Ефремов и И.И.Носенко. Заместителями наркома были назначены А.А.Горегляд, М.Н.Попов, Ж.Я.Котин, П.М.Зернов, С.А.Степанов. И.В.Жерехов, И.Г.Тур,.И.Мосин, Д.Е.Кочетков, А.М.Петросьянц, С.К.Щербаков, И.М.Зальцман (с июня 1942 по июль 1943 года — нарком танковой промышленности).

В Государственном комитете обороны (ГКО) за производство бронетанковой техники отвечал заместитель председателя ГКО В.М.Молотов.

Деятельность Наркомата танковой промышленности была тесно связана с Главным Авто-Бронетанковым Управлением (ГАБТУ) РККА, выступавшим в роли заказчика бронетанкового вооружения и техники. Начальником ГАБТУ КА в годы войны был маршал бронетанковых войск Я.Н.Федоренко.

Во втором полугодии 1941 года выпуск бронетанкового вооружения шел скачкообразно, и программа выпуска танков была выполнена только на 61,7%. Причины состояли в том, что еще не все предприятия завершили перестройку, многие заводы находились на пути к новым местам и не везде наладился ритмичный выпуск продукции. И, самое главное, заводы потеряли большое количество квалифицированных рабочих, место которых заняли подростки и женщины, не обладавшие ни опытом, ни силой для нелегкой физической работы. Одной из мер по преодолению проблем стала узкая специализация предприятий, в том числе и по выпуску бронекорпусов, башен и сборке машин. Однако их слаженной работы удалось добиться тоже не сразу.

Итоги первого года боевых действий вскрыли недостатки немецкого танкового парка, обнажив слабость их вооружения и бронезащиты. Нехватку огневой мощи немцы стремились восполнить организационно, вводя в состав танковых и механизированных соединений большое количество артиллерии сопровождения. В директивах, попавших в руки командования РККА, немецкое командование прямо говорило о том, что полевые пушки калибра до 105-мм включительно для борьбы с русскими танками Т-34 и КВ на средних дистанциях не эффективны, и рекомендовало применять для поражения последних подкалиберные снаряды. Оценив опыт боевых действий первого года войны на Востоке, командование вермахта приняло решение наряду с усилением своей противотанковой артиллерии приступить к срочной модернизации старых машин и ускорить создание новых, прежде всего тяжелых танков и самоходно-артиллерийских установок (САУ). Летнее наступление немецких войск на Воронеж и Сталинград показало, что немцы не теряли времени даром. В 1942 году они ввели на вооружение танков и противотанковой артиллерии новую 50-мм пушку PAK 39, которая пробивала на дальности 1000 м броню толщиной до 60 мм. В трофейных документах 50-мм танковая пушка со стороны ее бронепробиваемости рассматривалась именно как эффективное средство в борьбе против танков Т-34 и КВ. Однако для других целей эта пушка имела недостаточную мощность действия осколочно-фугасных снарядов. Этот пробел так же, как и недостаточную маневренность механизированной артиллерии сопровождения танков, немцы восполнили введением в боевые порядки танков новых самоходных орудий калибров 75 мм, 76,2 мм1, 105 мм и 150 мм. Средние Т-Ш и Т-1У2, а также САУ на их базе получили новые длинноствольные орудия и экранированную защиту лобовой части, за счет чего толщина брони в некоторых случаях стала достигать 80 мм. В ходе боев лета 1942 года и зимы 1942—1943 года советские танки Т-34-76 и КВ еще сохраняли превосходство над танками противника, но появившиеся 75-мм и 88-мм противотанковые пушки с достаточно высокой начальной скоростью бронебойного снаряда стали представлять для них серьезную угрозу. Так, во время зимней кампании 1942— 1943 года 54,7% всех поражений танков КВ приходилось именно на эти калибры.

Обеспокоенные складывавшимся положением, члены ГКО и руководство ГАТУ понимали, что назрела необходимость улучшить броневую защиту наших тан ков. Усилить ее на КВ уже не представлялось возможным, так как его масса и без того достигла предела — 47,5 т. Еще 5 июня 1942 года в постановлении ГКО за № 1878 были перечислены недостатки танков КВ, выявленные в ходе боевой эксплуатации: низкая оперативная и тактическая подвижность из-за большой массы, ненадежная коробка передач, плохой обзор из-за неудобного расположения смотровых приборов и отсутствия командирской башенки, некачественная сборка узлов и агрегатов танка и особенно — дизельного двигателя. В этой связи даже появились предложения снять танк с производства. Практически весь 1942 год конструкторы ЧКЗ боролись за КВ, устраняя его конструктивные и производственные дефекты. На модернизированном КВ-1с, поступившем на вооружение Красной Армии в августе 1942 года, удалось снизить массу до 42,5 т, но с точки зрения бронезащиты это был вынужденный шаг назад.

Чтобы спасти честь «фирмы», параллельно с модернизацией КВ-1 конструкторы занимались созданием новой машины с усиленным бронированием, причем такой, которая максимально бы соответствовала крупносерийному поточному производству как на бронекорпусном заводе, так и на сборочном в условиях военного времени с использованием неквалифицированной рабочей силы. КВ не отвечал этим требованиям: с точки зрения технологии он оставался танком мирного времени и был рассчитан на «тепличные» производственные условия ЛКЗ. Танк КВ-1с уже в гораздо большей степени соответствовал крупносерийному производству. Его башня изготавливалась по более простой технологии — литьем, но корпус по прежнему сваривался из отдельных 75 мм броневых листов, раскроенных при помощи газопламенной резки.

Перед конструкторами возникла трудноразреши¬мая проблема. Для защиты тяжелых танков от 88-мм бронебойных снарядов требовалась катаная броня толщиной не менее 100мм. Рассчитывать, что в условиях войны Наркомат черной металлургии, имевший ограниченные мощности по прокату броневого листа, быстро освоит его производство, — не приходилось. Наиболее целесообразным решением представлялся переход на литую носовую часть корпуса. Это позволяло без особых проблем получить оптимальные по толщине, форме и массе бронедетали.

Еще существовали две технические проблемы — создание надежной трансмиссии и дизельного двигателя необходимой мощности и приемлемым моторесурсом. В конечном итоге ставка была сделана на применение литых деталей, практически не требующих дополнительной механической обработки на металлорежущих станках, и на максимальное использование узлов и деталей, уже освоенных производством и имеющих достаточную надежность и долговечность.

Работы по созданию танка начались в марте 1942 го¬да в Специальном конструкторском бюро № 2 (СКБ-2) ЧКЗ. Ему присвоили очередной порядковый номер — 13, давший танку обозначение КВ-13, а по технической документации он стал проходить как «объект 233». На начальном этапе работами руководил и.о. директора, а затем главный конструктор ЧКЗ С. Н. Махонин, затем работу возглавил замнаркома ТП, главный конструктор НКТП Ж. Я. Котин. В рабочую группу конструкторов вошли также А.С.Ермолаев, Е.П.Дедов, К.Н.Ильин, Б.А.Красников, М.И.Креславский, Г.Н.Москвин, Г.Н.Рыбин, Н.М.Синев, В.И.Таротько и другие. Первоначально проект назывался «скоростной танк усиленного бронирования» и был попыткой приблизить массово-габаритные характеристики тяжелого танка к параметрам среднего с сохранением его боевых возможностей. Фактически прототипом КВ-13 стал танк Т-34. Согласно тактико-техническим требованиям (ТТТ), разработанным на основе опыта боевого приме¬нения танков КВ и Т-34, для обеспечения должной подвижности масса танка не должна была превышать 32 т. В качестве основного оружия предусматривалась установка 76,2-мм пушки ЗИС-5.

В конце апреля 1942 года на основании приказов № 55 от 16 февраля и № 116 от 23 апреля 1942 года наркома ТП на базе бывшего Опытного завода ЧТЗ эвакуированного Харьковского станкостроительной завода им. Молотовэ был создан Опытный танко-моторный завод № 100 с непосредственным подчинением его Наркомату танковой промышленности.

Разработка технического проекта (ТП) КВ-13, пост ройка макета, а затем и изготовление двух опытны образцов продолжались уже на этом заводе. Летом того же года на танке серийном КВ-1 (№ 25810) про вели испытания опорных и поддерживающих катков а также облегченных гусениц для новой машины. Планом НИОКР завода № 100 на 1942 год предусматривалось начать испытания первого образца КВ-1; с 5 июля 1942 года, но в связи с решением ГКО о модернизации КВ-1 работы по танку КБ-13 были приостановлены.

Лишь в сентябре был собран его первый опытный образец. При боевой массе 32 т конструкторам удалось достичь достаточно высокой удельной мощности — 18,7 л.с./т, которая позволяла развивать скорость до 60 км/ч.

В ходе предварительных заводских испытаний, проведенных осенью 1942 года, в конструкции танка был выявлен ряд недостатков: малый экипаж — 3 человека, неудачное крепление опорных катков, перегрев двигателя при движении на повышенных передачах, плохое уплотнение днища корпуса, производственные дефекты в новой 9-скоростной КПП. Конструкцию доработали, и уже в декабре приступили к постройке второго и третьего опытных образцов.

Экипаж возрос до четырех человек, что потребовало увеличения боевого отделения и, как следствие, увеличения диаметра погона башни до 1540 мм. Броневая защита также была улучшена, причем толщина брони башни возросла с 85 до 120 мм, а лба корпуса — с 60 до 100 мм. Общая же масса танка 39,5 т.

Постройка обоих опытных образцов КВ-13 (второго варианта) шла очень медленно, так как завод параллельно работал над модернизацией КВ-1 и созданием самоходной установки КВ-14(СУ-152), затем и готовился к освоению их серийного производства. Так же медленно на УЗТМ изготавливались два корпуса, а на бронекорпусном заводе № 200 — две башни для КВ-13, которые на завод № 100 планировалось подать только к 10 февраля 1943 года.

Работы по созданию новых танков прорыва были форсированы после победы в Сталинградской битве и прорыва блокады Ленинграда, которые позволили Ставке Верховного главнокомандования начать планирование в 1943 году предстоящих стратегических наступательных операций. Для их успешного прове¬дения необходимо было преодолевать глубокоэшелонированную оборону противника, а своеобразным тараном, способным ее взломать, являлись тяжелые танки прорыва.

Существует широко распространенное мнение, что создание новых тяжелых танков стало ответом советских танкостроителей на появление у немцев тяжелых танков «Тигр«. Анализ сохранившихся архивных документов того времени позволяет сделать вывод, что это не совсем верно.

Прежде всего необходимо отметить, что основной задачей тяжелых танков в тот период было «уничтожение живой силы и огневых средств противника, а также борьба с его танками и артиллерией». Причем в приказе НКО № 325 от 16 октября 1942 года особо указывалось на «один из главных недостатков в деле применения танковых частей: «Танки не выполняют своей основной задачи — уничтожения пехоты противника, а отвлекаются на борьбу с танками и артиллерией противника. Установившаяся практика противопоставлять танковым атакам противника наши танки и ввязываться в танковые бои является неправильной и вредной...При появлении на поле боя танков противника основную борьбу с ними ведет артиллерия, а не танки.Так что появление тяжелых танков ИС было вызвано успехами Красной Армии, достигнутыми зимой 1942-1943 года.

В феврале 1943 года руководство ГБТУ вынесло на обсуждение ГКО вопрос об изготовлении двух опытных образцов танков с противоснарядным бронированием. Для сокращения сроков было решено взять за основу уже изготавливаемые два опытных танка КВ-13 и, улучшив их характеристики и доработав кон¬струкцию, изготовить два опытных танка ИС (Иосиф Сталин) — такое название было дано будущим грозным машинам.

Сборную модель танка ИС-2 от Япоской фирмы TAMIYA можно посмотреть здесь

Сборную модель танка ИС-2 от Российской фирмы Звезда можно посмотреть здесь